© 2019 Olga Prokofeva / Ольга Прокофьева 

Авторские права защищены. Копирование текстов, фотографий и других материалов возможно только с указанием активной ссылки на источник.

    • Facebook Социальной Иконка
    • Instagram Social Icon
    • Facebook Social Icon

    Про рождественскій окорокъ, гуся и поросенка

    12/12/2018


    Наступает замечательная, волшебная пора - праздник Рождества и Нового Года. До 1917 года в России главным зимним праздником было Рождество Христово. К этой поре писались специальные «святочные рассказы» (их еще называли «рождественскими»). Oни занимали в русской литературе особое отдельное место. Во второй половине XIX и начале ХХ вв. известные русские писатели обязательно обращались к написанию святочных рассказов: А.П. Чехов, Н.С. Лесков, М.Е. Салтыков-Щедрин, Д.Н. Мамин-Сибиряк, Л.Н.Толстой и другие. Все действия святочных рассказов происходили в период Рождества Христова и до праздника Богоявления, а сами сюжеты создавались с поучительной целью как для детей так и для взрослых. Эти рассказы были настолько популярны в то время, что их объединяли в специальные святочные сборники и альманахи, а так же обязательно печатали в рождественских номерах журналов и газет. 

     

    Не смотря на то, что рассказы носят нравствено-поучительный характер, они также помогают окунуться и прочувствовать праздничную атмосферу того времени. Предлагаю вашему вниманию небольшой, но яркий отрывок из святочного рассказа "В департаменте" Николая Александровича Лейкина (1841-1906). В нем очень живо описан разговор двух коллег N-го департамента за два дня до Рождества. Мужчины обсуждают хозяйственно-продуктовые покупки и празднично-подготовительные поручения своих жен.

     

    НА ПУСТОЙ ЖЕЛУДОК ЧИТАТЬ СТРОГО ЗАПРЕЩАЕТСЯ! 

     

    — У моей жены флюсъ, второй день у ней щеку раздуваетъ. Она винную ягоду, въ молокѣ сваренную, за щекой держитъ, такъ какія тутъ закупки! До закупокъ-ли! Просила меня окорокъ ветчины купить, гуся, поросенка, елку ребятишкамъ, игрушки...

    — Ого-го! И ​всё это сегодня?

    — Да завтра-то когда-же? ​Завтра​ уже сочельникъ...Завтра надо уже запѣкать окорокъ, а не покупать его, изъ поросенка заливное дѣлать, елку украшать.

    — Да,да...Дѣйствительно...Такъ что-же вы? Убирайте бумаги и уходите, говоритъ американская бородa съ бритыми усами.

    — Неловко.А вдругъ онъ ​разлакомится​ и какое-нибудь еще дѣло потребуетъ для просмотра, а дѣло это окажется въ моемъ столѣ. —"Гдѣ Петръ Ивановичъ? — Ушелъ". Неловко тогда будетъ.

    — Помощникъ вашъ подастъ дѣло.

    — Ну, ​все-таки, неловко. Вѣдь вы вотъ тоже не уходите, а я по лицу вижу, что и вамъ также нужно уйти, какъ и мнѣ. 

    — Да нужно-то нужно, что говорить! Нужно купить ​женѣ​ на ​платьѣ ​- вотъ что нужно. Ну, духовъ, одеколону...Потомъ ужъ я и себѣ собирался ​предподнести​ на елку ​золотыя​ очки. А вѣдь вамъ, видите, и окорокъ, и гуся, и поросенка. Это совсѣмъ особь-статья. Вы и окорокъ дома запѣкаете или варите? 

    — Запѣкаемъ. Жена не любитъ вареной ветчины. 

    — Ахъ, напрасно! Вареная ветчина - это блаженство. Вся Москва ѣстъ по трактирамъ вареную ветчину, а ужъ москвичи насчетъ ветчины знатоки.

    — Жена не любитъ. Что-жъ вы подѣлаете, если она не любитъ! Вотъ поросенка мы варимъ и дѣлаемъ заливное.

    — А я поросенка люблю только жаренаго, только съ кашей, но при этомъ чтобъ каша представляла изъ себя фаршъ съ лукомъ, съ перцемъ и съ рубленными грибами. Да утробу-то эту начинить хорошенько, а кашу прожарить, лукъ ​истомить​. Божественно!

     

    Лысый бородачъ началъ причмокивать.

     

    — У насъ гусь, чиненный кашей, будетъ въ первый день Рождества къ обѣду, — сообщилъ бакенбардистъ.

    — А вотъ, по-моему, гусь долженъ быть ​непремѣнно​ съ капустой, а то такъ съ яблоками. И гуся я ​непремѣнно​ люблю такъ, чтобы онъ былъ распаренъ. У меня дома какъ дѣлаютъ гуся? ​Пожарятъ​, ​пожарятъ​ его на противнѣ, а потомъ въ котелъ, обмазанный масломъ, крышкой прикрытъ и жарить, и парить. Тутъ и кислая капуста, которая у него въ брюхѣ распарится, и онъ самъ. И гуся этого до того нужно распарить, что вотъ, напримѣръ, за кость ноги его взялъ, а мясо съ ​кости​ съ него какъ чулокъ ​слѣзло​-бы. Вотъ это гусь? Это называется - по-польски. Жену въ Западномъ краѣ научили такъ приготовлять, когда она къ матери гостить ѣздила. Попробуйте такъ у себя дома.

    — У меня жена ничего не любитъ паренаго.

    — Ну, значитъ, она ничего хорошаго не любитъ. Индѣйка - вотъ эта птица пареной невкусна. А ветчину какую покупаете? 

    -— Да обыкновенную.

    — То-есть​, гдѣ собственно? У нѣмца, у поляка или у русскаго? Въ какой колбасной?

    — Просто въ обыкновенной мясной лавкѣ, на ​Сѣнной​.

    — Въ простой мясной лавкѣ?

    — Да, да, да...

    — Ну, это не ветчина. Надо у нѣмца въ колбасной лавкѣ покупать. Тогда у васъ будетъ настоящая ветчина. Свинство - это дѣло ​нѣмецкое​, нѣмцы на ​немъ​ собаку съѣли. Я не люблю нѣмцевъ, но за ​ветчину​ и всякое колбасное свинство передъ ними ​преклоняюсь​. А на ​Сѣнной​, развѣ это ветчина!

    — А то что-же?

    — Да такъ... Неизвѣстно что. Сильно прокопченная и просоленная нога борова, твердая, жилистая. На ​Сѣнной​ окорокъ покупать! Ну, батенька, вы не гурманъ. Гуся и поросенка вы можете покупать и на ​Сѣнной, это я допускаю, но окорокъ - ни-ни-ни...

    — Я даже думаю купить вмѣсто ​гуся​-то хорошаго индюка.

    — Индюка? Прекрасно, прекрасно, но индюкъ вамъ гуся не замѣнитъ.

    — Знаю. Но у меня дѣти. Боюсь, какъ-бы гусь слишкомъ ​жиренъ​ не былъ. Индюкъ ​все-таки...

    — Гусь...Жиренъ...Да гдѣ вы нынче жирнаго гуся найдете? Ихъ нѣтъ. Нынче вездѣ мужицкій сухой гусь, а ужъ прежняго помѣщичьяго гуся нѣтъ. Позвольте...Ну, а какъ у васъ индюка приготовляютъ? 

    — Да просто изжарятъ.

    — Съ ​чѣмъ​​? Съ ​чѣмъ​ подадутъ-то? 

    — Ну, съ картофелемъ. Потомъ къ ​нему​ ​соленые​ огурцы. 

    — Это, батюшка, значитъ портить добро. Кто-же индюка съ картофелемъ ѣстъ! Вы, пожалуй, еще съ тертымъ... Съ каштаными индюка надо кушать, ​непремѣнно​ съ ​каштанами​. А вмѣсто огурцовъ - англійскія пикули, что вотъ возьмешь, а проглотить и не можешь, до того у тебя ​весь​ ротъ спалитъ. 

    — Такъ что-же тутъ хорошаго, если проглотить не можете?  улыбнулся бакенбардистъ.

    — Эффектъ, вкусовой эффектъ. Потомъ ​проглотите​ и спасибо скажите. Почувствуете эдакую встряску организма...А проглотили - и сейчасъ у васъ изъ глазъ слезы...Ну, тутъ сейчасъ кусокъ индѣйки въ ротъ, затѣмъ каштанъ въ ротъ и чувствуете неизъяснимое блаженство. попробуйте такъ поѣсть и во ​вѣкъ​ съ этимъ блюдомъ не разстанетесь. 

    — Ну, я не гурманъ. Я такой тонкости въ ѣдѣ не понимаю. Мнѣ и такъ вкусно, — сказалъ бакенбардистъ и прибавилъ: — Однако я пойду закупать провизію. Скоро три...Авось, онъ меня сегодня не спроситъ. Прощайте.

    — Прощайте. А гуся и индѣйку попробуйте по моему рецепту. ​Распарить​ гуся такъ, чтобы съ ноги мясо какъ чулокъ снималось. Помните, какъ чулокъ... 

     

    А, про то что еще готовили и как подавали на праздничный стол, вы можете причитать здесь.

     

     

    Share on Facebook
    Share on Twitter
    Please reload

    В этом разделе публикуются статьи автора про старинный быт, традиции, предметы быта, а так же выдержки из старинных документов, писем, книг и просто интересные факты из биографий известных и малоизвестных частных и государственных лиц прошлых лет.

     ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ: 
    Please reload

    ПОИСК ПО ТЭГАМ: